Регион

В Башкирии не идут на поводу у контрэлиты, играющей на этнокультурной теме

11.11.2017 Александр КРАСОВСКИЙ
На днях в СМИ появилась информация о том, что 2017 год в России стал временем роста протестных настроений во многих слоях общества. Для национальных республик Поволжья год характеризовался ростом этнического, главным образом, языкового протеста. И в Башкирии, и в Татарии активно обсуждался вопрос о необходимости преподавания башкирского и татарского языка. Однако, ситуация в двух соседних республиках отнюдь не идентичная. В чём отличия между позицией Уфы и Казани?

Башкортостан: политизация социального протеста

 

Митинги башкирских национальных организаций, которые прокатились по республике летом и осенью этого года, показали, что от попытки политизации частных вопросов развития этносов не застрахованы даже спокойные и благополучные регионы.

Давно известно, что в многонациональных регионах нужна взвешенная политика, предполагающая взаимодействие между властью и этническими сообществами. Такая политика означает учёт интересов всех народов, но важнее то, что она предполагает выстраивание сложной системы взаимных уступок и компромиссов, которых придерживаются все без исключения этносы в регионе. Если дать преимущество одному из этносов, то это неизбежно приведёт к слому или деформации всей системы, то есть, поставит под угрозу межнациональное согласие в Башкирии.

Региональная власть это понимает, поэтому не идёт на поводу у отдельных представителей контрэлиты, пытающихся сыграть на этнокультурной теме.

Министр образования Гульназ Шафикова накануне учебного года заявила, что башкирский язык в школах будет добровольно изучаться как государственный и, при желании, ещё и как родной. Компромиссное решение, которым может быть недовольна часть общественности, но которое всё же является шагом вперёд на пути решения сложной проблемы. Суть его в том, что все желающие изучать башкирский язык получат его в значительно объёме. Принимаются и другие меры по сохранению и развитию башкирского языка. На башкирском говорят с экранов регионального телевидения и в эфире радио, издаются газеты и журналы, свободно развиваются сайты в интернете. Учреждены ежегодные гранты Главы Башкортостана на реализацию проектов по сохранению и развитию башкирского языка. Более того, отдельным пунктом в законе выделено создание «Фонда по сохранению и развитию башкирского языка». Насколько эффективны будут эти меры должны судить люди, но очевидно, что республика пытается конструктивно решить вопрос, предлагая конкретные меры. При этом власть никому ничего не запрещает, но и не навязывает. Однако, похоже, окончательное решение вопроса не входит в интересы некоторых заинтересованных лиц.

Именно необязательный характер обучения не нравится представителям контрэлиты, требующим принудительного преподавания башкирского языка.

Очевидно, что башкирский язык используется как орудие политизации, а местами и экстремизации регионального политического процесса. При этом нелишенным рационального зерна представляется тезис о том, что главная цель противников Рустэма Хамитова – вовсе не поддержка языка, а отставка главы региона. Однако продавить это решение оппозиции, не удалось. «Губернаторопад» закончен и Башкирию он никак не коснулся.

Дело в том, что главным козырем г-на Хамитова является поддержка федеральной власти, у которой есть своё понимание сложившейся ситуации. Это понимание было выражено главой государства во время выступления в Йошкар-Оле, где Владимир Путин указал на недопустимость принудительного изучения неродных языков в национальных республиках. Пока нет никаких оснований считать, что в политике федерального центра по этому вопросу что-то изменилось.

 

Случай Татарстана: власть ведёт свою игру

 

Казалось бы, похожая ситуация развивается у наших соседей. Буквально на днях, 7 ноября, в Казани состоялся очередной митинг в поддержку татарского языка. Участники митинга пришли с лозунгом «Все чиновники в Татарстане должны знать татарский язык» и потребовали от депутатов Госсовета РТ защитить восьмую статью Конституции республики, гарантирующую равноправие двух государственных языков в регионе — русского и татарского.

Как и в Башкирии, дискуссия о языках в Казани разгорелась после того, как Владимир Путин поручил Генпрокуратуре проверить школы на добровольность изучения национальных языков. Надзорные органы стали требовать от школ исключения татарского языка из обязательной программы и перевода его в факультатив. После митинга памяти защитникам Казани от войск Ивана Грозного 14 октября татарстанские активисты учредили Координационной совет народов Поволжья и Урала для защиты национальных языков.

26 октября на сессии Госсовета Татарстана глава региона Рустам Минниханов выступил против того, чтобы надзорные органы «терроризировали директоров школ», и предположил, что конфликт может стать проблемой «по отношению к нашему президенту Владимиру Путину» накануне выборов 2018 года, которые должны «организовывать» школы. Просто обескураживающая откровенность.

Спикер Госсовета РТ Фарид Мухаметшин также пообещал, что власти республики смогут отстоять обязательное преподавание татарского языка. Однако в прокуратуре Татарстана заявили, что «установление в качестве обязательного для изучения государственного языка республики не соответствует закону и федеральным образовательным стандартам».

Одновременно, акцию в поддержку татарского языка провел союз татарской молодежи «Азатлык», лояльный властям Татарстана. Его активисты в шести городах республики раздали несколько тысяч ленточек и флажков с татарским триколором. Всемирный форум татарской молодежи организовал на Кремлевской набережной в Казани концерт «Я разговариваю по-татарски», собравший около полутысячи человек.

 

В чём отличия?

 

В Татарстане, как и в Башкортостане, протест приобрел этнокультурный оттенок и вылился в жаркие дискуссии по вопросу обязательности изучения татарского языка. Но принципиальным отличием является то, что если в Уфе эту тему муссировала оппозиция, то в Казани инициатором выступала сама власть. Именно она подчеркивала необходимость всеобщего изучения татарского языка, несмотря на протесты русскоязычного населения. В этом плане можно чётко увидеть две модели: татарстанская власть использует языковой фактор как аргумент в споре с федеральным центром, а руководство Башкирии, напротив, стремится выполнять установки Кремля, а также пытается минимизировать протест за счет мер поддержки.

Говоря о причинах различий, следует помнить, что Казань исторически демонстрировала самостоятельность и сейчас тоже пытается это делать. Власть в Казани не рискнула идти на конфликт с центром по поводу нового соглашения о разграничении полномочий, а вот по вопросам изучения татарского языка – посмела. Впрочем, ситуация еще далеко от завершения. Симптоматично, что непонятно, как ответит на эти выпады федеральный центр.

Важно понять, почему элиты в Татарстане и контрэлиты в Башкортостане выступают за сохранение обязательного изучения татарского и башкирского языков. Они обеспокоены тем, что сами татары и башкиры (особенно в городах) перестают изучать родной язык. В этом понять можно, однако обязательность изучения языка представляется ошибочной. Опыт Татарстана показывает, что она вызывает ответную реакцию, еще более нежелательную для межнационального согласия и, что опаснее всего, способно подорвать межнациональный мир в регионе. В этом плане стратегия республиканских властей представляется более гибкой и дальновидной.

Другие новости

АвтоКар +
Фронтальный погрузчик NEO 300, новый, в Уфе
Сегодня
Популярное
АвтоКар +
Новые и б/у
погрузчики в Уфе
Популярное

АвтоКар +
CATERPILLAR FD15 в наличии, в Уфе