Арт-объект

Космическая драма «Время первых» оказалась плохой ностальгией по совку

19.04.2017 Андрей КОРОЛЁВ
Писатель Курт Воннегут сказал: «Над чем бы ученые ни работали, все равно получается оружие». Так и в последние несколько лет почти каждый крупный российский фильм, допущенный к госфинансированию и наделенный амбициями блокбастера, норовят сделать агитационным листком. Космическая драма «Время первых» - не исключение, хотя зрительские отзывы о фильме в большинстве своем оказались положительными. Однако кино провалилось в прокате и не стало прорывом.

В кандалах идеологии

 

В центре повествования - молодой и лихой летчик-космонавт Алексей Леонов в исполнении 50-летнего Евгения Миронова. Вместе со своим напарником Павлом Беляевым (Константин Хабенский) под руководством Сергея Королева (Владимир Ильин) он готовится покорить космос. Как это издревле происходит на Руси, герои идут к своей цели вопреки всему. Сам корабль, который они должны вывести в космос, выглядит то ли бочкой с порохом, то ли консервой с кучей нелепых кнопок вроде «Наддув дутиков». Персонажи это понимают, но, как Бурбоны, упорно лезут на гильотину. Консерва своевольна: неосторожного инженера, работавшего с проводами, случайно убивает током, а на пробном беспилотном полете она и вовсе разваливается по частям, обещая смерть всем желающим прокатиться. Обилие технических недоработок, залатанных если не соплями, то национальным «авось», объясняется гонкой в холодной войне с Америкой: нужно выйти в космос раньше противника, поэтому вместо 1967 года старт перенесен на 1965-й. История известная.

В первой половине фильма – о подготовке команды и корабля – с героями уже происходит  что-то неладное. За выученными репликами и отутюженными движениями персонажей не видно людей – это боевые единицы страны, готовые не думая прыгнуть со скалы, если родина прикажет. В этом есть определенная историческая правда, но нет глубины, естественности, жизни. Конечно, это не та утрированная модель поведения, вставшая бесполезным монолитом в «28 панфиловцах», но все же – это картонки, а не люди. Даже при участии топовых российских актеров.

- Мы - такой народ, который всю жизнь летает в кандалах. Представьте, что будет, если их с нас снять? Так взлетим, что разобьемся, - дает установку в начале фильма Сергей Королев.

Идеологического огня добавляет монолог Леонова о репрессированном отце и невыносимых условиях жизни. Это невзначай сгущает тучи не только над описываемым прошлым, но и над условным будущим, в котором сейчас живут зрители. Мол, вы, дорогие мои, жили трудно, но дальше легче тоже не будет. С этим лучше смириться и четко выполнять приказы – во имя не каждого отдельного человека, а всей нашей огромной страны. Умом это, разумеется, не понять, об этом еще поэты писали, но зачем простым людям что-то решать, когда в наличии столько замечательных управленцев?..

В унисон этой идеологической установке все внеземные проблемы космонавтов начинаются в тот момент, когда Леонов отлетает от корабля и только хрупкий тросик едва связывает его с родиной. Как следствие – космонавт теряет сознание и едва избегает провала миссии и неминуемой смерти. Так – в абсолютной свободе – русским жить нельзя. И поэтому голос Брежнева, доброго и могучего правителя СССР, дотягивается до героев даже в космосе и зовет их домой.

Космическая часть фильма – самая интересная и, к сожалению, самая маленькая. Тут есть и скрупулезно воссозданная схема полета, и реалистичность чрезвычайных происшествий, и действительно убедительная компьютерная графика. Это зрелищно, красиво и волей-неволей заставляет сопереживать героям, от которых, впрочем, в кадре видны только скафандры. Тут стоит отметить любовь авторов фильма к мелочам, связанным с техникой или космическим бытом, как, например, обычай космонавтов (и дублеров) мочиться на колеса автобуса, везущего их к стартующей ракете. Здесь отчасти чувствуется, что Алексей Леонов все же не просто так был заявлен в титрах в качестве консультанта.

Космическое путешествие быстро сменяется затяжным survival-хоррором в условиях суровой тайги, в чьи родные объятия приземлились космонавты. Без толку нагнетаемая тревога – единственная возможность продлить динамику, которая в фильме практически отсутствует. Герои чрезвычайно долго готовятся замерзнуть во славу страны с чувством выполненного долга. Пока это происходит, у зрителя есть время задуматься: а для кого и зачем весь этот полет затевался? Явно звучит только один мотив: опередить американцев, сидя в большом ведре с гвоздями. Мечта человечества? Нет, согласно фильму это всего лишь амбиция отдельно взятой страны и ничего больше. Ничего личного тут нет – просто политика.

 

От доброты к патриотизму

 

Что касается актерской начинки фильма, то все внимание приковано к треугольнику Миронов-Хабенский-Ильин. Игра Миронова в ребячество смотрится немного странно, но постепенно к этому привыкаешь. Хабенский выглядит уверенно и не вызывает лишних вопросов. Но интереснее их обоих оказался Ильин, сыгравший Сергея Королева. Этот сутулый, усталый, могучий инженер и абсолютно бессильный человек с грустными, даже затравленными глазами, посылающий людей на смерть, - чуть ли не главный рельеф фильма. И да, именно он произносит сакральную для России фразу «Все через жопу!» Остальные персонажи особой смысловой нагрузки не несут, в том числе и мелькнувшие пару раз жены космонавтов.

Режиссером фильма выступил Дмитрий Киселев, снявший «Черную молнию», «Джентльмены, удачи!» и четыре части «Елок». Причем первоначально на его месте должен был быть Сергей Бодров, а после его отказа – Юрий Быков. В результате режиссерских замен и участия пяти сценаристов фильм получился хоть и цельный, но во многом бесформенный и не такой обязательный, каким мог бы стать. Результат во многом напоминает «Ледокол» Николая Хомерики – зрелищный, масштабный, кое-где захватывающий, но вполне рядовой и незаметный. Фильм вновь напоминает о том, что снимать в России про события, происходящие здесь и сейчас, - совершенно не актуально. Лучше изобразить поиск значения слова «патриотизм» в героическом прошлом, в последнее время это срабатывает. Ну, во всяком случае, госфинансирование получить удается. Правда, и на старуху бывает проруха – как это показывают страсти вокруг еще не вышедшего фильма Алексея Учителя «Матильда».

Кстати, жанровое движение Дмитрия Киселева как режиссера тоже красноречиво говорит о тенденциях в российском кино. Бум на так называемые «добрые фильмы», который породил в первой половине 2010-х не только многочисленные «Елки», «Мамы», но и низкосортные комедии вроде «Тот еще Карлосон», спал, исчерпав себя. Теперь ставка делается на фильмы, которые так или иначе связаны с патриотической темой, воспевающие достижения, которыми стоило бы гордиться, но о которых почему-то никто не помнит. Как правило, такие истории выуживают из обширного советского прошлого, поскольку в российском столь однозначных побед попросту не находят.

 

Назад в СССР

 

В общей сумме «Время первых» оказывается не самым выдающимся производственным фильмом – жанром, популярным в советское время и практически бесполезным сейчас. В силу жанра из 2,5 часа фильма лишь одной трети где-то в серединке удается показать то, на что, собственно, и шел зритель. Остальное – не всегда удачно визуализированная и более-менее неплохо продекламированная актерами статья из «Википедии» с комментариями очевидцев. Плюс киноприемы далеко не первой свежести: скажем, безликие мандражирующие жены космонавтов или наводящие тоску отсылки к прошлому главного героя, который в детстве мечтал о небе и бегал по бескрайнему русскому полю за светлячками и прочей живностью.

Запоздалая и скромная рекламная кампания не смогла согнать должное количество зрителей, в результате чего фильм плохо стартовал в прокате. За первый уикенд он собрал около 140 миллионов рублей – хотя прогнозировали ему, минимум, вдвое больше. На второй неделе проката, когда провал стал более очевидным, в школы стали поступать бумаги от высших инстанций с ненавязчиво-принудительным советом сводить учащихся на «Время первых» в честь Дня космонавтики. На данный момент по неофициальным данным сборы составили около 350 миллионов при бюджете в 400 миллионов. Миллиард, о котором грезил режиссер фильма, явно не доступен.

Интересно, что провал произошел при более-менее одобрительных рецензиях и положительных зрительских отзывах. Рассуждая о причине провала, интернет-пользователи вполне традиционно кивают на то, что «сама мысль о том, чтобы пойти на отечественный фильм о достижениях своей страны, крамольна». Может быть, в этом и есть определенная доля истины, ставшая популярной в ходе сетевых баталий последних лет, но говорить об этом бессмысленно. Как минимум потому, что российские фильмы этого года «Викинг» и «Притяжение» смогли окупиться и даже заработать, хотя в нашем мейнстриме – это редкость. И тут уж не в соседствующем «Форсаже» дело.

«Время первых» и заготовленная на осень премьера еще одной российской космической драмы «Салют-7» непроизвольно опередили оскаровского лауреата Дэмьена Шазелла, который пока еще только готовится снимать фильм о Ниле Армстронге. Кажется, мы снова опередили американцев – ура! Но в чью пользу эта победа? И победа ли это? 

Другие новости

АвтоКар +
Фронтальный погрузчик NEO 300, новый, в Уфе
Сегодня
Популярное
АвтоКар +
Новые и б/у
погрузчики в Уфе
Популярное

АвтоКар +
CATERPILLAR FD15 в наличии, в Уфе