Регион

«Электронные торги сделают закупки прозрачными, если заказчики не придумают новые уловки»

25.04.2018 Альбина ИБАТУЛИНА
Президент страны Владимир Путин подписал закон, предусматривающий перевод всех открытых закупочных процедур в электронную форму. Стоит отметить, что это не единственное нововведение, которое коснется участников закупок. Часть изменений вступит в силу 1 июля 2018 года, остальные – 1 января 2019-го. Заведующая кафедрой дополнительного профессионального образования БАГСУ Гульчачак Гатауллина уверена, что эти изменения скажутся на прозрачности конкурсных процедур.

- Какие законодательные нововведения ждут с 1 июля 2018 года?

- С 1 июля этого года заказчики могут опробовать электронные процедуры, помимо электронного аукциона, который они проводили и раньше. Это время - до 1 января следующего года, дано для того, чтобы «обкататься» до того момента, когда электронные торги станут обязательными. Если это, например, конкурс, то участники подают заявки, не заказчику, а через электронную площадку. А заказчик не видит участников и оценивает только содержание заявки. 

- Почему потребовалось вносить изменения в закон?

- А про электронные закупки говорили давно, с самого начала принятия закона в 2013 году. В антимонопольной службе, например, считали, что заказчика нужно максимально отделить от участников, чтобы не было никаких возможностей заранее договориться, узнать кто, и по какой цене, и на каких условиях будет заявляться. Чтобы заказчики не имели возможности провести переговоры с участниками. Ранее такая форма работала только в отношении электронного аукциона. Остальные закупки проводились в бумажной форме. Соответственно, заказчик мог видеть и оценивать заявки. Наверное, какие-то заказчики, обладающие определенным объемом власти, могли повлиять на участника. Или создать такие условия, чтобы участник сам вдруг одумался и отозвал заявку, либо создать возможности, чтобы участники договорились. А в случае электронных торгов заказчик не имеет возможности сообщить своему «любимому» участнику, какая цена у других, чтобы он свою заявку подкорректировал - опустил или поднял цену. И такое бывает: подали заявку по минимальной цене, и выяснили, что у других цена намного выше. Значит, можно поднять цену, выиграть процедуру и извлечь побольше прибыли. Конечно, это все очень серьезные нарушения антимонопольного законодательства. При выявлении с такими злоупотреблениями борются, но не всегда, к сожалению, это становится предметом гласности.

По словам г-жи Гатауллиной, «с 1 января 2019 года никакие бумажные процедуры, кроме закрытых торгов, будут невозможны».

- Конечно, это одна из составляющих национального плана по обеспечению конкуренции в первую очередь, - говорит она. - У нас сейчас провозглашено, что правительство РФ, Федеральное собрание, Верховный суд, прокуратура, органы государственной власти страны, субъектов, муниципальные органы своим приоритетным направлением имеют развитие и поддержание конкуренции. И различного рода шаги предпринимаются, в том числе и этот закон, который постоянно дополняется и совершенствуется.

- В Башкирии была проблема, когда садики, школы или больницы были вынуждены выбирать поставщика, который предложит самую низкую цену, и, как часто случалось - некачественную продукцию. В этом случае закон не требует доработки?

- Есть перечень товаров, работ, услуг, закупка которых осуществляется в форме электронного аукциона. Соответственно, если товар в этом перечне, заказчик обязан проводить аукцион, за отдельными исключениями. Но в любом случае основным критерием оценки является самая оптимальная, то есть низкая цена. Когда закон готовился, позиция его создателей была такова: если заказчик прописывает все характеристики товара надлежащим образом, если он набирает тот пакет характеристик, который ему необходим, чтобы потом долго и безопасно пользоваться этим товаром в тех целях, для которых он покупает, а потом на выходе он точно также тщательно осуществляет приемку, то цена – это просто вопрос рынка. Да, у кого-то дороже, а кто-то оптимизировал все процессы предпринимательской деятельности – у него дешевле. То есть здесь проблема не в законе, а в его неправильном применении. Заказчик обязан прописывать все условия, чтобы исключить некачественный товар.  

Эксперт по госзакупкам отмечает, что проблема в том, что «у заказчиков не всегда хватает профессионалов».

- Одно дело – это крупные министерства и ведомства, где контрактная служба может насчитывать и 15, и 20 человек, где комиссии достаточно объемные, - объясняет она. - А другое дело – школа, детский сад, больница, где в основном работают люди с медицинским, педагогическим образованием, есть какой-то административный персонал, который обеспечивает организацию, снабжение, но не имеет нужных знаний. Скорее всего, у них нет экономического, юридического образования, а надо быть специалистом в области конкретных товаров. Если я возьму любого юриста и попрошу его написать задание на закупку, например, вентиляционного оборудования, вряд ли он справится с этим качественно, каким бы хорошим специалистом ни был. Потому что здесь своя специфика, и где-то можно ошибиться. И на выходе мы получим самое дешевое оборудование, и без нужных характеристик, которые забыли упомянуть. Что и как потом будет работать – это кому как повезет.

- А если законодатели оговорят, что не только цена должна быть определяющим фактором, но и качество продукта?

- Да, действительно, по закупке товаров очень важно качество. Нельзя оценить заранее услуги, результат которых имеет нематериальный характер, поэтому значение приобретает, например, квалификация. Но и то и другое – это субъективные критерии. Если мы позволим заказчикам оценивать по субъективным критериям «нравится - не нравится», соответственно, опять катимся назад, к тому, что «мне нравится тот, которого я выбрал заранее. Все остальные, которые придут, мне изначально не нравятся – я все так пропишу, что они мне не будут нравиться».

- Всегда ли так хороша конкуренция? Много случаев, когда на строительство заявляется фирма, у которой, кроме ручки, даже стола нет. Она только вчера зарегистрирована, но принимает участие наравне с опытным застройщиком…

- Да, при этом они не собираются выполнять работы самостоятельно, у таких подрядчиков есть определенные намерения, допустим, привлечь субподрядчиков. Сейчас есть попытка побороться с этим процессом, потому что постановлением правительства определен перечень работ, который застройщик, подрядчик должен выполнить сам.

Разве это не субъективная оценка: есть ли, например, какие-то мощности у этого подрядчика, способен ли он сам выполнить определенные работы? 

- Мощности никто не оценивает, к сожалению. По крайней мере, это общее правило. Оценивают наличие допуска саморегулируемой организации. На сегодняшний день по проектным работам, если свыше трех миллионов, допуск обязателен. Это в любом случае, независимо от цены. А вот есть ли оборудование, опыт работы – это уже оценивается только при цене контракта на строительство, превышающую 10 млн. Если мы говорим о каком-нибудь капремонте кровли на 1,2 млн, значит, здесь действительно любая организация может прийти. Проблема в том, что заказчик должен все фиксировать: не так сделали – переделывайте, не тот материал положили – убирайте, кладите тот, который положено. Но вот, например, директор школы оценивает результат ремонта. Допустим, школа должна быть покрашена фасадной краской, которая выдерживает различные варианты погодных явлений, но она дорогая. Поэтому строители красят так называемым «снежком», то есть обычной побелкой. Вряд ли директор знает, чем отличается фасадная краска от побелки. Она выглядит новой, свежей, белой. Что потом произойдет, мы узнаем, когда пойдут дожди, когда начнет таять снег или какая-нибудь копоть будет накапливаться. Еще есть момент, что, если деньги выделены в конце года и надо отчитаться, что деньги освоили, то о качестве уже никто и не думает. Дальше, что называется, жизнь покажет.

- Насколько часто у поставщиков есть возможность злоупотреблять при конкурсных процедурах?

- У них есть такая возможность, когда у заказчика нет эффективных ресурсов, чтобы этому противодействовать. Если бы они были уверены, что любой недостаток, любая недоработка будет предметом обсуждения и основанием не платить, что заказчик дойдет до суда, до необходимости взыскания назад уплаченных, например, авансов или не будет платить деньги, предусмотренные контрактом, то злоупотреблений было бы не в пример меньше. Есть такая практика, к сожалению: привезли продукты питания, они немножечко не соответствуют, не сказать, что тухлые, но понятно, что уровнем качества ниже. Заказчики объясняют это так: «У нас нет времени идти в суд, проводить экспертизу. Нам сегодня надо кормить пациентов лечебного учреждения, у нас сегодня дети должны позавтракать и пообедать». И каждый вроде бы прав. Следует сказать, что закупочное законодательство у нас еще молодое. Закон о закупках был принят в 2013 году. И за тот период, пока он начал работать, в него многократно, уже более 30 раз внесли изменения. Не говоря о том, что к нему еще сто подзаконных актов приняли, которые дополняют, уточняют его положение. Так что другие изменения еще впереди. 

- Когда можно будет оценить, насколько электронные торги предотвращают злоупотребления?

- Когда мы увидим, достигнута ли цель сделать закупки прозрачными, или заказчики сумели придумать какие-то новые уловки, а поставщики нашли способы, как им друг с другом договориться. Но информация хранится электронной площадкой втайне и именно это должно очистить закупки от злоупотреблений.

Другие новости

АвтоКар +
Фронтальный погрузчик NEO 300, новый, в Уфе

Сегодня
Популярное
АвтоКар +
Новые и б/у
погрузчики в Уфе
Популярное

АвтоКар +
CATERPILLAR FD15 в наличии, в Уфе